Гимн Лиги выпускников


Все мы дети одной альма матер,
Из единого корня растем.
Каждый горд, что в Казани когда-то
Получил свой врачебный диплом.
Весь текст
 
 
 
 
некоммерческое партнерство
Лига выпускников
казанского государственного
медицинского университета
г. Казань +7 965 629 6455
     
 
Главная / Статьи / Вургафт Яков Моисеевич

Вургафт Яков Моисеевич

Записки врача

   

В сентябре 2013 года в Казани пройдет всероссийская конференция, посвященная 100-летию известного исследователя вопросов глаукомы Моисея Бенционовича Вургафта.

Мы встретились с его сыном, потомственным офтальмологом Яковом Моисеевичем, и поговорили о том, что изменилось в лечении глаукомы и других глазных заболеваний за это время, и удастся ли когда-нибудь медицине вылечить всех.

 

Путь самурая

Наша встреча назначена в новом здании клиники на ул. Спортивная. Место для разговора находится в небольшом конференц-зале, где, скорее всего, проходят утренние «летучки» персонала.

Яков Моисеевич с интересом оглядывается: «Здесь столько разных помещений, я еще сам до сих пор не везде побывал». В этой клинике Яков Моисеевич Вургафт работает с ее открытия, а предыдущие 28 лет были посвящены преподаванию в Казанской государственной медицинской академии и работе в государственных клиниках.

- С 1978 года я работал в республиканской офтальмологической больнице, а в 1982 уехал учиться в аспирантуру в Москву. Вернулся обратно через три года, сразу после защиты, а тогда клиническая работа была неотделима от преподавательской, и я работал на кафедре офтальмологии.

Сначала ассистентом, потом «дорос» до доцента. Смене работы послужило открытие в 1992 году глазного отделения в госпитале ветеранов, где я стал заведующим офтальмологическим отделением, но и институт не оставлял.

Там же мы с коллегами открыли первый лазерный кабинет в городе, который позволял лечить глаукому, диабет, другие возрастные заболевания глаз.

Через некоторое время произошли изменения - в офтальмологической больнице на Бутлерова запустили новый корпус, где собрали почти всех докторов «по глазам». В этой больнице я и работал до последнего времени, пока не перешел в «Третий глаз».

А здесь вам комфортно?

- Безусловно. Здесь я занимаюсь конкретной лечебной и консультативной работой, то, что называется прикладной медициной. Приходится постоянно обращаться к книгам.

Сейчас, с распространением Интернета, многие стали «подкованными» по медицинским вопросам, ищут информацию по своей проблеме. И мне это нравится - не приходится тратить время на объяснение самых простых истин, я разговариваю с пациентом на одном языке.

Старость в радость

В двери клиники «Третий глаз» заходят разные пациенты. Самых маленьких, на промывку слезного канала, на руках заносят родители. Другие, постарше, приходят в основном по субботам, на проверку зрения к детским офтальмологам.

Молодежь все чаще спешит на коррекцию зрения. Симпатичные дамы записываются на прием к пластическому хирургу. Но все они проходят мимо Якова Моисеевича.

- Мой контингент - это старенькие бабушки и дедушки с возрастными заболеваниями глаз: катарактой, глаукомой, диабетом, макулодистрофией. Когда-то в России была профессия земского врача, он лечил всех.

Наверняка читали булгаковские «Записки молодого врача»? Наверное, на Булгакове вся эта история и закончилась. Сейчас в условиях клиники есть разделение на специализации, кто-то занимается лазерами, другие - хирургией.

И, несмотря на то, что я всегда придерживался принципа «надо уметь делать все», за 36 лет работы я понял, что это невозможно. Надо занять определенную нишу и быть востребованным именно в ней.

Моя область - это возрастные изменения глаз, с которыми, в основном, люди сталкиваются после 50 лет.

У меня есть любимая категория посетителей, чей подход я очень уважаю, это бабушки и дедушки, которые считают, что болезнь легче предупредить, чем лечить ее потом, и приходят - а чаще их привозят дети и внуки - на профилактическое обследование.

Здесь, в клинике, у меня есть возможность добросовестно и скрупулезно провести всестороннюю диагностику, и если обнаруживается какая-то проблема, то мы можем ее тут же решить.

И пациент будет знать, что его лечащий врач в курсе всего происходящего, он будет его оперировать, потом обязательно проведет послеоперационную консультацию и ни в коем случае от него не отмахнется.

 
1. Оптический когерентный томограф CIRRUS HD-ОСТ фирмы Zeiss (Германия) открывает новые диагностические возможности благодаря спектральной технологии томографии. Изображения с высоким разрешением обеспечивают данные, позволяющие точно оценить состояние патологического очага и определить показания к медикаментозной терапии.
   
2. Анализатор оптических сред глаза ОРD-Scan III фирмы NIDEK (Япония) позволяет проводить топографию роговицы и рефрактометрию одновременно в режиме One-Shot, уменьшая вероятности ошибки наведения.

Наследник профессии

Область деятельности Якова Моисеевича - возрастные изменения глаз - так же, как и сама профессия, были выбраны им не случайно.

Его отец, мать, дядя - все были офтальмологами и начали свой путь в знаменитом одесском Институте глазных заболеваний и тканевой терапии им. В. П. Филатова.

Правда, тогда она еще не была названа именем этого крупного ученого. Владимир Петрович там директорствовал, а отец Якова Моисеевича работал под его руководством.

- Сразу по возвращении с фронта в 1944 году, а он, будучи в составе 4-го украинского фронта, в том числе освобождал и город-герой Одессу, отец работал в институте вместе с Филатовым.

Все его исследования были посвящены вопросам глаукомы, гидродинамики, и в 1953-м он защитил кандидатскую работу. Для того времени она была очень прогрессивной, и на основе его работы по изучению гидродинамики глаза при глаукоме многие последующие вещи стали более понятными.

В 1967 году, после защиты докторской он подал документы на вакантную должность заведующего кафедрой офтальмологии казанского ГИДУВа и прошел по конкурсу.

До 1986 года отец занимал эту должность, успел многое сделать. Его работа касалась, в основном, изучения глаукомы - патогенеза, хирургического лечения и так далее.

А так как теория в офтальмологии, да и вообще в медицине, очень тесно связана с практикой, то многие его, как сейчас говорят, «ноу-хау» до сих пор используются.

- В том числе и вами?

- Конечно. Например, он предложил несколько модификаций операций по удалению глаукомы, которые и сейчас не потеряли своего значения. А еще он разработал простой, но очень оригинальный тест для определения ширины угла передней камеры.

Он до сих пор встречается в современных монографиях со ссылкой на работы Моисея Бенционовича.

В следующем году в Казани будет проведена всероссийская конференция, посвященная столетию отца. Думаю, что это своеобразная дань уважению ему как исследователю и во многом пионеру в решении вопросов, касающихся глаукомы.

- Яков Моисеевич, а вы не разочаровались в выборе профессии, который был предопределен не вами?

- Понимаете, я же не знаю ничего другого. Хотя... в детстве я мечтал стать моряком. В Одессе, наверное, по-другому быть и не могло.

Рука помощи

Моряком Яков Моисеевич не стал, зато в сферу частного бизнеса, который по накалу страстей в начале 1990-х был вполне схож со штормовым морем, войти не побоялся.

Его первым опытом стал открытый совместно с коллегами лицензионный платный кабинет в знаменитой «Оптике» на улице Татарстан. С тех пор, даже во время работы в муниципальных лечебных учреждениях, он. Нет-нет, да и сталкивался с частной медицинской практикой.

- О плюсах и минусах как бесплатной, так и платной медицины можно рассуждать бесконечно. А на ваш взгляд, в чем преимущества последней для пациентов?

- Для меня, как специалиста, который хочет помочь человеку с его проблемой, они очевидны. Взаимосвязь между врачами, время, которое заложено на обследование пациента - все это очень важные параметры, которые «сыграют на руку» любому, кто обратится за медицинской помощью.

Другой вопрос, в котором частные клиники дают фору,- это оснащение оборудованием. Современные высокоточные офтальмологические аппараты не просто дорогие, они еще и используются для очень узкого крута задач и пациентов.

И, к сожалению, не все государственные клиники могут позволить себе приобретение томографов, анализаторов, разнообразных лазеров. Это не аппарат ультразвуковой диагностики, на котором ты можешь проверить состояние всех внутренних органов.

Вот, например, оптический томограф Cirrus фирмы Zeiss нужен для оценки состояния патологического очага, после которой принимается решение о назначении лечения медикаментами.

Этот аппарат использует спектральные технологии томографии и, как результат, сканирование сетчатки с его помощью обеспечивает детальную визуализацию ее строения и подробные особенности патологических изменений.

Вы думаете, нам часто приходится использовать этот томограф? Не так, чтобы очень. Но я вам скажу, что для высокоточной диагностики его наличие в клинике необходимо.

Хотя, например, анализатор оптических сред глаза OPD-Scan III от Nidek применим для более широкого крута обследований. Он считывает состояние глаза сразу по нескольким параметрам, а это означает, что диагностика пациента происходит быстрее, да и благодаря совмещенным технологиям, точнее.

Третий вопрос - насколько вам комфортно находиться в помещении клиники. В «Третьем глазе» диагностические кабинеты расположены на большой площади, есть палаты для послеоперационного пребывания, где пациент может немного прийти в себя после операции.

Интересно узнать

Персонал клиники «Третий глаз +»составляет 50 человек. Из них 10 человек врачи-офтальмологи, 850 кв.м - общая площадь клиники, 200 кв. м из них составляет операционный блок. В клинике предусмотрен дневной стационар.

В планах клиники «Третий глаз+» на ближайшее будущее:

  • пластическая хирургия лица и тела с приглашением известных хирургов России и Европы
  • развитие эксимерлазерной хирургии: Epi-K Lasik, Presby-Lasik, Lasik для детей
  • появление новых профилей: сосудистой хирургии, косметологии

И, что, всех обратившихся получается излечить?

- Ах, если бы все зависело от врача. Есть ведь еще и генетика, и действие других обстоятельств. Вот, скажем, приходит пациент, мечтающий о зрении, которое он в силу тяжести своего заболевания получить уже не сможет, или обращается человек, у которого все безнадежно, и я помочь ничем не могу...

Но, как часто говорил мой отец: «Это сегодня ваше состояние безнадежно, но наука не стоит на одном месте, и, возможно, через какое-то время появится способ решения вашей проблемы».

И на самом деле за мою бытность врачом многое случилось. Есть целый ряд конкретных заболеваний, которые раньше считались неизлечимыми, а сейчас успешно лечатся.

Это что-то вроде того сотового телефона, что вы отложили на время разговора. Попробовали бы вы кому-нибудь рассказать лет 20 назад, что из машины можно позвонить человеку, который собирает в лесу грибы.

Мы сейчас живем в то время, когда люди перестали замечать чудеса.

Источник: журнал "Кураж"
№10(108), 2012/2013, стр.38-41
Беседовала Айгуль Сабирова.

 
 
 
 
 
 
     
     
 
 
Copyright © 2011 Лига выпускников
Тел.: +7 965 629 6455
Казанский Государственный Медицинский Университет
Создание сайта Вебцентр